Проза

А сейчас произойдёт то, ради чего я и создала этот блог: представление моих трудов, моих рассказов.

Вот первый из них.

Не судите строго…

Мечта

Фантастический романтический рассказ

  «Ветер свистит в ушах, волосы развеваются, мои длинные, словно у девушки, волосы, светлые, как соспевшая пшеница, золотые. Они горят как само солнце, освещающее меня, летят, словно плывут в волнах свежего чистого прохладного воздуха, а за ними и крылья, настоящие небесного цвета крылья, они шелестят будто два огромных – три метра в размахе – листа, больших кленовых листа. Почему кленовых? Не знаю. Там, в институте ЧП (Человеческих Проблем), они сразу показались мне похожими на два кленовых листа.

Вспоминаю, как я копил эти деньги, долго копил, а впрочем нет, недолго, но как мучительно, отказывался от всего, что имел, продавал, продавал всё. А чем я жил тогда? Что ел? Говорят, я похудел с тех пор, но не до неузнаваемости – мои глаза, по ним меня всегда можно будет узнать, светлые, серые с яркими чёрными стрелками в них. Глаза, обрамлённые большими пепельными ресницами. Она любили их и кажется только их, любила смотреть в их бездонную чистоту и видеть там стройную и красивую девичью фигурку – своё отражение. А потом, потом она забыла и про них, когда я сказал ей своё предложение, она как будто оттолкнулась от меня и поплыла по воздуху, так мне казалось после её чёткого «нет».

Там, в институте, меня долго уговаривали, допрашивали и совсем замучили вопросами, я отвечал долго и нудно, но главное, как клятву, я повторял: «Нет. Никто. Никто не будет сожалеть». Но только когда я вошёл в операционную, я понял, что возврата нет. И если даже сюда вошла бы она, то всё равно «нет». А может, может… Больше я уже не думал. Наркоз. Операция длилась сутки. Одни врачи сменяли других. Исход был ясен. Я висел над столом, прикреплённый цепями к потолку, соединённый проводами со столом и пультом. Врачи, словно тени в масках, на железных подъёмниках шуршали рядом. Им надо было сделать многое: подсоединить к моим небесным крыльям мои мышцы, обеспечить их кровоснабжение, влить питательный раствор мне в кровь, сделать трепанацию мозга и подсоединить пару мозговых придатков, обеспечивающих движение крыльев, и ещё многое-многое другое. Чтобы потом, после выхода отсюда, я смог бы полететь. Полететь, но вряд ли это можно назвать полётом.

Но сейчас я уже здесь, вверху, в воздухе, в небе, на свободе, как я раньше думал, но нет. И почему всем кажется, что в небе свобода. Я здесь, и я лечу, я свободен – земля подо мной, далеко, за облаками. Но оторваться от неё нельзя, насовсем нельзя, мои чувства не отпускают меня. Они там, на земле! Нет, здесь, со мной! В моём сердце, оно моё, но уже чужое, переделанное под крылья, большое, сильное. Но его не хватит, не хватит для жизни. Его хватит для полёта. Для дальнего, но короткого. Длинною в жизнь.

Она не любила меня, а я её любил. И теперь ветер обветривает губы, так и не коснувшиеся её, обескровленные руки плетьми висят по бокам тела, руки, так и не обнявшие её. Руки умерли, всё взяли крылья. Ещё немного и питательный раствор кончится, сердце устанет, и будет конец. Ещё выше, выше. Я хочу умереть в небе. Я знаю как это будет: крылья ослабеют и перестанут двигаться, сложатся, и большой небесного цвета эластичный комок жизни начнёт падать. Я разобьюсь – здесь высоко, очень высоко, но ещё раньше я умру – отключится мозг. Мои волосы потемнеют, а крылья покроются мелкими звёздочками облачной пыли. Всё выше и выше, в облака, чтобы было дальше падать. Дольше жить не удастся, всё высчитано по секундам.

Здесь почему-то нет облаков, чистое небо, голубое, как мои крылья.

А кто это стоит там в дали на вершине горы. Наверное пастух, а где же его овцы? Я хочу видеть его, спускаюсь.

Нет, это не он – она. Она…

Что это?

«Да»

«Да,» — кричит она, но он не слышит.

Его глаза, по ним его всегда можно узнать, светлые, серые, с яркими чёрными стрелками в них. Глаза, обрамлённые большими пепельными ресницами.

«Я любила их. И больше всего на свете его. Тогда я сказала «нет», испугалась. Почему? Я люблю его. Да, конечно же, да. Он куда-то пропал тогда. Институт ЧП. О, боже, конечно же, да».

Красивая долина, расстилается в наших краях, а у подножия высокой горы большой каменный валун, под ним могила, могила на двоих. В ней юноша с большими небесного цвета крыльями, разбившийся как раз у подножия. И девушка, последовавшая сразу за ним. Говорят, что их соединяла любовь, но она же их и разъединила. Всё это легенда, но может быть люди перестанут так мечтать о небе, потому что для человека там нет свободы.

(с) Ирина Петрухина, 2010

Leave a comment

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *